Алексей Толмачев – о массовых приступах удушья из-за промышленных выбросов

184

Запорожский фотограф Алексей Толмачев поделился историей, которая произошла в августе 2004 года. Тогда в один из дней в запорожские больницы обратилось множество запорожцев с жалобами на приступы удушья. Алексей винит в произошедшем выбросы вредных веществ в большой концентрации. Сам он после этого заболел бронхиальной астмой и стал аллергиком.

В 2004 году, в одну из тёплых августовских ночей, мой сон прервался странным ощущением. Я не мог сделать вдох. Точнее, мог, но очень неглубокий, и с таким усилием, которое обычно развивается при немалой физической нагрузке. Потемнение в глазах, слабость и невозможность нормально дышать привела к чувству паники. Такое со мной было впервые, и причина этому была неясна. Долгие часы длились вечность, прежде чем уже под утро стало хоть немного легче. Утро началось с новостей, которые я услышал тогда ещё на одной из местных радиостанций.

«Сегодняшней ночью запорожцы массово жаловались на приступы удушья. N человек на протяжении ночи были госпитализированы с предварительным диагнозом «бронхиальная астма».

В этот момент стало понятно, что я не один, и что этой ночью произошло что-то необычное и страшное. Причин никто не называл, но было понятно, что дело не в пыльце амброзии, которая решила внезапно, в одну ночь, выбросить весь свой потенциал именно в запорожский воздух. Думаю, даже наивные люди понимают, что причина — в том, что изображено на первом фото. Именно выброс вредных веществ в повышенной концентрации вероятнее всего привёл к массовой заболеваемости.

Возникшее уже следующей ночью подобное состояние заставило всё-таки обратиться за помощью к медикам. Тогда ещё в областной детской больнице, среди диких очередей в пульмонологическом отделении, мне был поставлен диагноз, который останется на всю жизнь — бронхиальная астма. С тех пор моя жизнь серьезно изменилась в худшую сторону, а каждое лето стало борьбой не только за здоровье, но и за возможность выжить.

Вместе с астмой в ту роковую ночь началась и очень сильная аллергия. После проведения аллергопроб даже заведующая отделением смотрела на их результаты такими глазами, что стало страшновато и мне. Аллергия на более, чем 5 видов сорных трав, на цветение нескольких видов деревьев, из них несколько проб оказались такими, что руку (на которой и делаются кожные пробы) буквально раздуло. С тех пор вторая половина лета для меня превратилась из любимого сезона в непрерывную пытку длиной в 60 дней.

Что же происходит 60 дней в году? Круглосуточный сильнейший насморк (который не идёт ни в какое сравнение с простудным), приступы чихания до крови длиной вплоть до 40-50 минут непрерывно, резь в глазах с воспалением конъюктивы и снижением зрения в несколько раз, и частые ночные приступы астмы, проявляющиеся как угрожающее жизни сильное удушье, которое снимается ингаляторами лишь на считанные часы. Всё остальное не облегчается вообще, никакими таблетками и препаратами. Результат — практически полная нетрудоспособность, невозможность выходить на улицу и вообще заниматься привычными делами. Но и с окончанием сезона проходит не всё. Весь год остаётся сильная болезненность (не менее 3-5 простуд в год, а иногда доходило до 16 простуд в год), уменьшенная жизненная ёмкость лёгких (что очень мешает полноценно заниматься спортом и выполнять сложную физическую работу), почти круглогодичная заложенность носа (задержка дыхания во время еды давно вошла в привычку, а открывшееся носовое дыхание в Карпатах стало приятным шоком), во время простуд и переохлаждений — приступы астмы.

Доктора, которые время от времени проверяли моё состояние, всегда советовали только одно — как можно скорее переезжать в другой регион, желательно в такой, где не будет высокой концентрации карантинных сорняков и промышленных загрязнителей воздуха. Потому что однажды возникшая сенсибилизация на фоне выброса не пройдёт уже никогда — ни аллергия, ни астма на данный момент не лечится. Именно по этой причине (которая хоть и одна из многих, но самая весомая) я рано или поздно уеду из Запорожья. Как бы ни хотелось здесь остаться, рисковать своей жизнью — слишком дорогая цена для этого. Город давно превратился в один большой завод, и это видно не только по состоянию воздуха, но и по контингенту, который приходится встречать ежедневно, и по уровню как экономического, так и культурного развития. Сказать, что здесь нет перспектив — не сказать ничего.

А пока переехать нет возможности, остаётся лишь терпеть всё вышеописанное, и надеяться, что в очередную ночь не задохнёшься во сне, и снова увидишь новый день…

Читайте в Facebook