Игорь Артюшенко: «Каждый политик в Японии благодарит Украину»

Запорожский нардеп, глава территориальной организации партии «БПП-Солидарность» Игорь Артюшенко на прошлой неделе вернулся из Японии, где в течение нескольких недель – с 24 июля по 6 августа – проходил обучающий курс в числе украинской делегации как член Антикоррупционного комитета Верховной Рады.

Журналисты расспросили Игоря Артюшенко о том, как в Японии борются с коррупцией, о зарплатах народных депутатов и о том, возможно ли успешно применить опыт японцев в нашей стране.

Поездку полностью профинансировал международный фонд JICA по программе японского правительства.

13920900_1114736508574780_880300108881191171_n
Фото: из личного архива Игоря Артюшенко

— О каждой стране есть свои стереотипы. Что в Японии знают об Украине?

— Японцы, как и весь мир, узнали об Украине в разрезе Чернобыльской трагедии, а потом услышали о нас в 2014 году, когда начался вооруженный конфликт с Россией. В 2011 году наша украинская делегация помогала японской стороне ликвидировать последствия аварии на Фукусиме, поэтому каждый политик благодарил нас за помощь, хотя прошло уже 5 лет.

Я был приятно удивлен однозначной позиции японцев по отношению к российско-украинскому конфликту. И МИД, и их политики высказывались прямо: события на Донбассе – однозначно агрессия России, она отправляет военных, финансирует конфликт и аннексировала Крым. Я, признаться честно, не ожидал, что у японцев такая четкая позиция. Некоторые страны пытаются толерантно промолчать, но японцы четко понимают, что мы воюем с Россией в гибридной войне.

В том числе, наверное, потому что у них такой же конфликт по поводу Курил. На данный момент японцы так и не подписали мир после Второй мировой. Де-юре страна находится в состоянии войны с Россией, начиная с 1945 года. Это до сих пор одна из самых животрепещущих тем как среди политикума, так и граждан.

— Японцы как-то собираются возвращать свои земли?

— Болезненный для Японии вопрос ввиду отсутствия армии. В 1946 году страну оккупировала Америка. Они по-своему, по-восточному относятся к оккупации. Как принято думать на западе: если тебя оккупировали, значит это враги. В Японии же больше склоняются к тому, что виновата не Америка, а сама ситуация, была развязана война, которая началась с японского нападения на Перл-Харбор, а закончилась оккупацией. А на Перл-Харбор они напали по причинам, корни которых лежат ещё в более раннем времени, и так далее. Может, какая-то обида у них скрытая есть, но они ее не высказывают. С 1946 года американцы переписали японцам Конституцию. Император по сей день имеет только представительские функции: его любят, уважают, но никакого влияния на политику и бизнес он не оказывает. При этом сформировали двухпалатный парламент. Палата представителей и советников, или нижняя и верхняя палата. По Конституции японцы не могут иметь вооруженных сил. Кстати, свой экономический бум они объясняют тем, что последние 70 лет не тратили ни копейки на армию, направляя каждую йену на строительство больниц, дорог и другие цели.

— Все ли в Японии поддерживают идею беззащитного государства без своей армии?

— В свете последних лет 10 и особенно активно года три обсуждается ,что нужно возобновить финансирование армии и вернуть Курилы. Поскольку японцы пристально следят за нашим конфликтом с Россией, то опасаются, что «зеленые человечки» могут появиться и у них. Плюс есть определенные споры за территорию с Китаем, есть боязнь Северной Кореи, которая постоянно что-то запускает в воздух. Америка в случае военных действий по договору должна защитить Японию. Но на нашем горьком опыте японцы узнали, что и у Украины был подобный договор за то, что мы сдали ядреное оружие в 1991 году, но никто нас не защитил.

Чтобы внести изменения в японскую конституцию, нужны две трети парламента, они почти есть. Молодежь выступает за армию, а поколения старше – против. В этом и единственное отличие между партией власти и оппозицией, которая выступает против армии. Все остальные отличия минимальны.

— Вы затронули уже тему политики и партийности. Часто ли в Японии происходят перевыборы, как это в последнее время принято в Украине?

— Партия власти правит в Японии с 1946 года. Оппозиция побеждала за этот период всего раз – в 1992 году и правительство просуществовало всего три года. Можно сказать, что Япония, в отличие от многих других стран, в том числе и Украины, представляет собой стабильное общество по части политических предпочтений. То есть у них 70 лет не меняется политическая партия. Не меняется вектор развития страны, программа, вопросы о том: «Куда мы идем и ради чего?» В этом и заключается сила Японии. У нас же вектор меняется каждые пять лет. Хорошо это или плохо – мнения могут отличаться, но это определенный политический кризис. И вот опять новое правительство проработало два года, но в СМИ уже активно муссируется тема перевыборов. В Японии такого нет, власть выбрали и доверяют ее курсу последние 70 лет.

— Японская оппозиция сильная или скорее существует номинально?

— В японском политикуме оппозиция составляет около 30-40%. Ее главная функция – контроль работы власти. Оппозиция действительно активная, и до драк, бывает, доходит, но на принятие ключевых решений она не влияет, поскольку не имеет нужного числа голосов в парламенте.

— Какие отличия у украинской политической системы власти от японской?

— Самое главное – это двухпалатный парламент. Нижняя палата избирает премьер-министра, который и руководит страной. При этом нет разделения ветвей власти на законодательную и исполнительную в том смысле, что депутат, например, может быть министром. В правительстве работают и депутаты, и не депутаты, мандатов народных избранников не лишают. То есть если выбрали себе правительство, то депутаты и пишут законы, и голосуют за них, и реализовывают потом на государственном уровне.

— В Украине недавно все-таки перешли на государственное финансирование партий. В Японии подобный опыт уже успешно работает. Или не успешно?

— Да, действительно аналогичный закон вступил у нас в силу в июле, но пока не начал действовать, и я как глава областной партийной ячейки пока не до конца понимаю, как будут распределяться средства и в каких объемах. Японцы к этому пришли лет 10 назад. Логика какая: лучше каждый японец в год заплатит три доллара (что равно чашке кофе) на финансирование партии, чем какой-то теневой бизнес или олигархи будут cпонсировать власть. Население поддержало этот закон. Сегодня 80% партийных затрат, в том числе на предвыборную агитацию, покрывают деньги налогоплательщиков. При этом всех, кто нарушает закон, строго наказывают. Нет такой борьбы кошельков как у нас. В зависимости от количества избирателей выдается определенное количество биллбордов, рекламных буклетов и времени на телевидении. Начал читать партийные программы, у нас давно они пишутся на один лист. Взял программу японской демократической партии – 30 страниц. И избиратели читают, потому что осознают свою ответственность за выбор власти.

— Для нашей политики характерен популизм, за которым мы привыкли не без попкорна наблюдать на заседаниях в Верховной Раде. В Японии политики страдают от этой болезни?

— Парламент собирается реже, но на 2-3 дня, и дебатов у них нет. Вместо системы «Рада 1», «Рада 2» и кнопок, члены палат просто голосуют встаем с мест. Перехода из фракций за все время не было, и только тяжелая болезнь может освободить от посещения заседания. Если есть большинство, значит закон обязательно будет принят и нет такого, что договорился и перебежал. Поэтому бороться с кнопкодавством не нужно. У партии единая линия, поэтому если вся фракция поддерживает решение, закон принимается. Все дебаты проходят не как у нас, в сессионном зале, а на заседаниях комитетов. У нас же народ в основном не знает, чем занимаются комитеты.

Если единства по закону нет, он не выносится на рассмотрение в парламент. Пришли, проголосовали и разошлись. У нас комитеты заседают в лучшем случае несколько часов раз в неделю. В Японии этого нет, а следовательно, нет и популизма.

— Вы ездили в Японию перенимать их опыт в борьбе с коррупцией. Что запомнилось в этом направлении?

— Ежегодно уважаемое международное агентство Transparency International составляет рейтинг стран по восприятию коррупции. Традиционно на первых местах скандинавские страны, потом условно вся остальная Европа, США. Япония занимает 18 место. Мы из 168 стран заняли в этом году 130 место. Это откровенно плохой показатель.

Кто-то из великих говорил о том, что ничто не обходится государству так дорого, как дешевый чиновник. В понимании японцев госслужащий должен быть финансово успешным для того, чтобы если к нему приходят со взяткой, он отказался, подумав, что лучше вместо того, чтобы сразу получить один раз и много, он будет получать свою неплохую зарплату последующие 20 лет. Мы же хотим видеть успешного директора департамента, у которого в подчинении несколько тысяч человек, а зарплату он получает, как это было вплоть до этого мая, 4000 гривен. При этом же в частном секторе руководитель при аналогичном количестве подчиненных получает около 100 тысяч.

Следовательно у нас идёт, скажу грубо, или бесполезный идиот в органы власти, потому что в бизнес-структурах он не найдёт себе работу, или же человек, который понимает в силу собственных доходов, что эта зарплата ему особо и не нужна.

К примеру, мэр Запорожья сейчас получает 12 тыс. гривен, а раньше в качестве главного инженера на «Запорожстали» эта сумм была 190 тысяч в месяц. Или мы ищем на мэра человека, который в разы глупее главного инженера «Запорожстали», или даем возможность для создания коррупционных схем и поиска дополнительных заработков на стороне.

— Как решается вопрос конкурентоспособности зарплат чиновников Японии?

— Раз в год специальная комиссия собирается и сравнивает зарплаты госслужащих с частным сектором. Если уровень вырос, к примеру, на 10%, то на 10% увеличивается и зарплата чиновников. С одной стороны владелец бизнеса сколько хочет, столько и платит своим подчиненным, но с другой и зарплата мэра должна быть выше 12 тысяч гривен.

— Зарплата депутатов тоже пересматривается или это фиксированная ежемесячная сумма?

— Народный депутат в Японии получает минимум 12 тысяч зарплаты в долларовом эквиваленте. Это примерно в три раза больше средней зарплаты по стране (около $4000). Кроме того, каждые полгода начисляются бонусы за работу в округе, за количество поданных законопроектов. Максимально это еще примерно полугодичная зарплата – то есть примерно 4000 долларов.

Полученные из государственного бюджета деньги партия распределяет сама. Тут уже какой депутат больше принес пользы партии, столько и получает. Грубо говоря, зарплата обычного рядового депутата, даже не главы фракции или комиссии, колеблется от 12 до 24 тыс. долларов, что превышает обычную среднюю по стране в 3-6 раз. Если бы мы переводили в украинские реалии, это от 12 до 24 тыс. гривен.

— Как происходит отбор госслужащих?

— Нужно пройти соответствующий открытый конкурс, который состоит из собеседования и тестов. Есть две категории – первая и вторая. Человек, получив высшее образование, может в любом возрасте попробовать сдать экзамен и поступить на госслужбу. Если есть потребность в этом сотруднике, он поступает к работе, в противном случае его вносят в резерв. Работая чиновником первой категории, максимально до чего можно дослужиться – заместителя министра. Во второй категории – до начальника управления. Японское общество более стабильно – потеря работы это трагедия. Плюс КЗОТ защищает. Каждые 3-5 лет чиновник идет на повышение по графику. Например, у нас бы это выглядело в обладминистрации: поступил на работу молодым специалистом, потом стал специалистом, главным специалистом, начальником управления, потом департамента, губернатором и так до замминистра. Там уважают чиновников. Это статус. Чем ты выше должность занимаешь, тем больше уважения в обществе.

— Раз чиновник – уважаемая персона среди японцев, то какие-то особые ограничения эта должность накладывает?

— В Японии есть этический кодекс для всех госслужащих. Например, им запрещено играть в гольф с заинтересованными лицами: предпринимателями, представителями компаний, которые участвуют в тендере и так далее. Второй момент – запрещено, чтобы за чиновника платили в ресторане. Это скандал, за который чиновник получит выговор. Несколько выговоров чреваты увольнением. Хотелось бы и у нас написать законопроект об этике госслужащих.

— Изучив немного японский опыт: как в Украине можно побороть коррупцию?

— Уверен, что начинать надо с повышения уровня культуры и воспитания.

Расскажу на примере курения. В Японии, в отличие от Украины, запрещено на всей улице курить. Очень редко, в основном возле станций метро, установлены стеклянные площадки для курения вдали от тротуаров. При этом я, как истинный украинец, спросил о том, что будет если нарушить правило и закурить в неположенном месте. Ответ меня удивил: ничего. Полицейский, конечно, подойдет, но больше для того, чтобы сделать замечание. И что самое интересное: нельзя и никто не курит! Уверен: у нас, если бы не было штрафов при таком законе, все равно бы все курили.

В отношении коррупции это тоже работает. Когда мы начали рассказывать об откатах и деньгах за назначения на те или иные должности, японцы смотрели на нас круглыми глазами, потому что для них это неправильно.

— Отвлечемся немного от политики, коррупции к более житейским вопросам. Что больше всего удивило в Японии?

— Очень развитая инфраструктура при отсутствии зелени. Только 10% в стране занимает равнина, а все остальное – горы и леса. По этой причине на первое место выходит экономия места за счет двух- или трехуровневых парковок. Вокруг практически нет зелени. Редко встретишь захудалое дерево или куст у кого-нибудь на балконе.

13882526_1114736791908085_6853894295107200881_n

И еще один интересный момент – отсутствие жажды потребительской моды. При средней зарплате в 4000 долларов японцы могут себе позволить новые машины и технику с гаджетами, но зачем, если и старые вещи находятся в рабочем состоянии.

13932723_1114741758574255_4035275401386271900_n

— Цены в Японии выше наших, учитывая уровень зарплат?

— На территории Японии нет места для выращивания сельхозпродукции, поэтому большинство продуктов импортируется. Это накладывает отпечаток на цены. К примеру, порция помидоров, посыпанных солью, в кафе среднего уровня стоит 5 долларов. Основной рацион простых граждан – рис и рыба, а еще много всякого, чего мы не едим – например, рыбьи плавники в кляре. Но цены на глобальный рынок такие, как у нас, если учесть аналогичные цены на технику, автомобили и гаджеты.

— Возвращаясь к теме борьбы коррупции. Что, по Вашему мнению нужно сделать нам, в Украине, опираясь на опыт японцев, чтобы добиться успехов в борьбе?

— В длительной перспективе мы должны работать над культурой, менталитетом и воспитанием. Рассказывать детям в садике правду. В краткосрочной перспективе, чтобы минимизировать коррупционную составляющую – это реформирование правоохранительной системы с адекватными зарплатами.

У нас остро стоит вопрос активности общества: все говорят, мол, все прокуроры воруют, но никто не сообщает об этом ни анонимно, ни в письменных обращениях. Но я же не могу лично следить за каждым прокурором. В той же Японии, если кто-либо увидит, например, что прокурор обедает с каким-то бизнесменом, или, например, на служебной машине ездит на выходных на море – сразу сфотографируют и пришлют в полицию. А у нас просто жалуются в соцсетях. У нас сейчас по линии Генпрокурора идёт программа по очистке прокуратуры, присылайте или мне в личные сообщения, или куратору программы Вячеславу Зайцеву фотографии дорогих прокурорских машин, роскошных особняков, которые явно не соответствуют зарплате – мы быстро и чётко отреагируем. Мы идем к гражданскому обществу и должны сами осознавать свою ответственность.

Алина Новгородцева

Источник: «Паноптикон»